хольцман

Верхнее



Книжно-киношное - общий доступ.
Семейные и дыбровые посты - под замком.

"Мать Печора"

В библиотеке попалась истрепанная книга 70х годов, мемуары печорской сказительницы Маремьяны Голубковой в обработке писателя Леонтьева. Я мемуары и биографии люблю нежно, сижу читаю.
И волосы, товарищи, дыбом, примерно также, как я про детские годы Водовозовой читала.
Раньше как-то это умозрительно жутко было, а сейчас... Сейчас вот у меня под боком семилетняя девочка. Ребенок совсем.
А в мемуарах Голубковой ее в 6 лет отдают в работницы. Где в семь лет ее оставляют на берегу, где ловили рыбу, на несколько дней одну, ночевать в неотапливаемой землянке.
"Натерпелась я тогда страху.
Вот и солнце село. Я воды запасла, двери закрыла, огонек разложила, рыбку в котелке варю. А один парень был у нас, Трофимом звали. Он вперед других прибежал к землянке, взял длинную черемуховую палку, приготовленную для обручей на бочки, да вдоль землянки как стегнул, так на меня с потолка песок посыпался. Я вскочила, с испугу-то ничего больше не придумала хватила в руки икону, что висела в углу землянки, и взмолилась:
- Артемий праведный, сохрани меня, младенца, дай мне ума и крепости.
Что в голову пришло, то и сказала. И сама выбежала вон на улицу. А Трофим за землянкой расхохотался, как дьявол. Я и не понимаю, что это человек хохочет. И люди подходят ко мне близко, а я никого не вижу, не знаю, где стою.
Потом я целые сутки лежала, ничего не пила и не ела. Бабы пожалели меня немножко, а мужикам - и так прошло. Ума не лишилась, и ладно."
Перед самой пасхой сижу я с ребятами, тешу их, а девчонка, что постарше, возьми да и разбей фарфоровый молочник. Не знаю уж, как я проглядела. Сижу я, реву, не знаю, что и будет: все равно не поверит хозяйка, что не я разбила.
Приходит хозяйка из хлева в избу. Я девчонку держу на руках, второго в зыбке качаю. Увидела хозяйка, что молочник разбит, - не успела я слова сказать, как схватила она опояску с медными пряжками и давай меня хлестать: по плечам, по глазам, по голове. Стегала, пока не устала. Бросила опояску да еще швырнула меня лицом о лавку так, что я свету не взвидела.
Голову в четырех местах мне пряжками пробила, на плечах и по всей спине синяки несчитаны были, глаз распух. Из головы кровь по ушам, по плечам текла.
Хозяйка из избы вышла. Ребятишки успокоились, заснули. А я отвернулась к окошку, заливаюсь слезами. Вдруг приходит соседка Иринья знакомая моей матери. Иринья меня спрашивает:
- Чего плачешь?
А я еще не сказываю, что битая.
- Тоскливо, - говорю."
"В страду на лугах страдаешь, семгу ловишь, а домой прибежишь ребятишки донимают: одного качнышь, другого пихнешь. Сидишь, дремлешь да зыбку качаешь.
Припевки ему поешь нехорошие:
Спи, отбойное,
Спи, отстойное,
Спи ты, зельице,
Зло кореньице.
Ты подолгу ревешь,
Мне-ка спать не даешь.
Я качать-то и качаю,
А тебя не величаю.
Я качать-то не хочу
И величать не думаю.
Тешу-потешу,
Среди поля повешу
На горьку осинку,
На саму вершинку.
Обломись, вершиночка,
Уронись ты, зыбочка,
Уронись да упади,
Злое зелье, пропади.
Бедное дитя! А меня горе заставляло его ругать: человеку комариным сном не прожить.".
С семи лет до замужества Маремьяна с матерью прожила всего месяц: год отбатрачит,домой приедет, а на следующий день мать к другому хозяину увозит
.
Волосы дыбом, ей-богу, а я всего на 60й странице.

Варган

это ПРЕКРАСНО.
Серьезно. Я даже не думала, что от него может быть столько счастья, бггг.

Надо срочно второй покупать, а то мы его поделить не можем.

Мимоходом

Купил варган. Учился играть весь вечер.
Зубы ноют, надеюсь, не отвалятся, ыыыыыыыыыыы.
Ксения послушала и вежливо сказала:
- Мама, пожалуйста, ПЕРЕСТАНЬ вот это вот.

Парой строк

Вышла в огород нарвать зелени.
Дел на минутку.
Вернулась искусанная комарьем - руки сплошь, на лице несколько укусов, бля, это УЖАСНО.
Сколько себя помню, меня жрут комары. Я всегда с нетерпением жду лета, а летом дико комплексую - потому что руки и ноги у меня сплошь в следах от укусов, никакие спреи, мази, и прочее не спасают. Блин, я подозреваю, я даже если в дихлофос окунусь с головой - меня это не спасет, всё равно будут жрать.
И детей также жрут, лета всего-ничего, а у детей ноги уже сплошь в укусах, невзирая на все мои усилия их защитить.
ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ

ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ

сели смотреть индийскую версию "А зори здесь тихие..."
Люди, у меня истерика.
Вот так, по мнению индусов, нужно сидеть в засаде и ждать врага.
А впереди еще 1,5 часа и самая напряженная часть фильма.
не переключайтесь, бггг.
Чую, буду писать покадровый обзор.


Мимоходом

Ксения грустит за утренним какао:
— Мама, я хочу в Хогвартс! Я не хочу быть маглом! Маглы — это простаки на их языке.
— Я тоже хочу, — мою посуду тем временем. — Зато смотри, у волшебников нет компьютеров, нет планшетов.
— Почему?
— Потому что они пользуются магией, а не наукой.
Ксения, помолчав:
— Зато они могут научить сделать магией так, чтобы посуда сама себя мыла.
Нокаут.

Про книжки

Ю Несбё "Красношейка"
Первой книгой про Харри Холе у меня был холодный "Снеговик". "Красношейка" теплее не оказалась - до сих пор при одном воспоминании ёжусь от холода.
Отдельное "фе" переводчикам — ну как так можно переводить? "Одетый в футболку с Джоем Дивисьоном". Или "И на экране началась пурга" - подразумевается "снег" на экране неработающего ТВ. Фу такими быть. К слову, эти ляпы я раньше не замечала и прекрасно себе жила. Пока Елена прекрасная не затащила меня переводить Снейджер. С английским у меня не лучше стало, т.к. я тока как бета-корректор выступаю, но ляпы других переводчиков в тексте теперь автоматически вылавливаю И МНЕ ОТ ЭТОГО ПЛОХО ВЕРНИТЕ ВСЁ ВЗАД.

Ю Несбе "Немезида"
Харри Холе и Роковая Женщина. Продажный полицейский, цыгане и страшная мстя. Тяжелая жизнь у чувака всё-таки. Надо дальше читать, бггг.

Виталий Гиберт "Моделирование будущего"
Про неё уже писала. Заунывная книжка, в которой мальчик учит всех магии и медитации, пересыпая все это дело скучными притчами из интернета.

Фэнни Флэгг "Жареные зеленые помидоры в кафе «Полустанок»"
Американский Юг, жара, чужие скелеты в шкафу, что может быть лучше? Разве что "Убить пересмешника". Обязательно буду перечитывать.

Шериз Синклер, цикл "Клуб Царство теней": "Темная крепость", "Вырываясь на свободу", "Положись на меня".
Вот есть 50 оттенков, где про БДСМ написано так, что хочется рыдать в подушку и сжечь книгу нафиг. А у Синклер очень бодрое порноистории поинтереснее, объединенные местом действия - элитным коттеджным поселком БДСМ-клубом. Очень миленько, хоть как-то правдоподобно и живенько, особенно учитывая сплошные хэппи-енды. Переводчикам опять сплошные порицания, потому что переведено всё ОТВРАТИТЕЛЬНО.

Курбан Саид "Али и Нино"
История любви азербайджанского Ромео и грузинской Джульетты в Баку начала 20-го века меня как-то не сильно тронула. Хотя и написано хорошо, и восточная тема мне всегда нравилась. Но, читая излияния Али, я всё время невольно вспоминала посты Наринэ Абгарян про армяно-азербайджанские войны, резню и вот это всё, и было от этого очень тоскливо.

Дмитрий Быков "Один: сто ночей с читателем".
Стенограммы передачи Быкова на "Эхе Москвы", которую я с удовольствием слушаю во время игры в "WoW", бггг. Передача про книги и писателей - что может быть лучше? Слушать, однако, интереснее, чем читать, текст все-таки авторской интонации не передает и мне ее не хватало. Ну и текст отглажен и отредактирован.

Катрин Панколь "Черепаший вальс"
Когда дочитала, полезла на лайвлиб и с удивлением узнала, что это, оказывается, вторая часть - продолжение "Желтоглазых крокодилов". По тексту я этого совершенно не поняла, и какие-то недомолвки и недосказанности в тексте про заимоотношения героев списывала на авторский стиль. В целом, неплохая книга и про абьюз - материнский, сестринский и с мужской стороны, немного детектива, крупица любовного романа, малость абсурда с гениальным младенцем. Самые пронзительные страницы там - когда главная героиня наконец пытается докричаться до матери напомнив ей про то, как та бросила ее тонуть в реке, спасая только старшую сестру. В общем, очень неплохо. Наверное, даже первую книгу прочитаю как-нибудь.

Наталья Лебедева "Крысиная башня"
По наводке из ФБ прочитала, триллер про "Битву экстрасенсов", точнее, про ее аналог, но понятно, какая передача там имеется в виду=). Здорово было почитать про то, по каким принципам строится шоу, мне это было гораздо интереснее, чем мистическая и детективная стороны книги.

Кризис, денег нет

Люди хотят заказать встроенную кухню. Мастерская делает замеры - а потом сбрасывает звонки, когда к ним пытаются дозвониться, чтобы узнать сумму оплаты. Потом не приходят в назначенное время собирать эту чертову кухню (сборка - 15 процентов от стоимости).

Нужно приехать на дом приварить трубу. Работы буквально на 10 минут за 500-700 рублей. Обзвон мастеров. Основной ответ: Оооооооо, неееееет, за такие деньги я не приду, это ж мелочь. Бля, да 10 таких мелочей в день - и вот тебе 5000 в день, даже не напрягаясь, за 3 часа. Но проще сидеть на диване и ждать, когда с небес когда-нибудь свалится работа за пиццот мульонов. Тогда вот и встанут с диванов.
Может быть.
Это не кризис и работы нет - это ленивое мудачье.

Посылки-покупки

По сайту благословенной Почты России увидела, что мне приехал аккумулятор для читалки с Алиэкспресс. Почтила офис почты своим высочайшим визитом.
Работники Почты были высочайшим визитом недовольны, особенно, когда узнали, что я пришла без извещения. Начальник почты с крайне грустным видом сказала, что это ПЛОХО и ушла в подсобку за посылочкой, а потом вылавливать еще и почтальона.
В итоге отдали мне сразу три бандерольки.

В одной - тот самый аккумулятор для моей старенькой читалки. Она работает, аккумулятор только разряжался махом. Рискнула заказать на али - подошел идеально, как родной, работает, ура. Буду смотреть, как заряжаться-разряжаться будет. Но, судя по отзывам, неплохая батарейка.

Во второй - смешная коробочка, я ее взяла, чтобы наушники в сумке носить.
Завела себе коробочку для наушников. Надеюсь, они перестанут путаться.


А в третьей, московской - отливант фордовского "Noir", к которому я внезапно прониклась нежнейшей любовью. Знаешь, yulyanka, я всё время вспоминаю то, что ты писала про Форда - он и правда гений. Можно не пользоваться больше вообще ничем и никогда.

Теперь осталось дождаться еще четыре бандерольки с али=).

з.а. А еще у меня есть кулон из жадеита, переделанный из маятника, который я купила в "Ведьмином счастье".
Кулон из жадеита - купила маятник в "ведьмином счастье" и переделала в кулон. Телефонная камера не передаёт, какого он офигенного цвета.

Любовь - это не просто так

Читала вчера книжку победителя одной из "Битв экстрасенсов" (ну, есть у меня такая слабость, эта чудесная передача, guilty pleasure).

Очень много многоточий, красивостей, притч - и на этом абзаце я начинаю буквально рыдать в голос (пунктуация афторская):

Самая распространенная ошибка многих на данный момент, к моему глубочайшему сожалению, это то, что мы боимся любить… Мы раз обожглись о любовь и больше не хотим наступать на те же грабли… Но теперь-то мы с вами понимаем, что сами виноваты - сами притянули себе такой опыт, сами не подкидывали безусловных дров в костер любви… Любой огонь требует дровишек. И он часто начинается с пары палок…

А как хотел человек красиво написать, а.

Девочки

Девочки в тысячный раз пересматривают "Зверопой".
Поёт Джонни, обезьян. Ксения восторженно визжит:
— Я с ума схожу, когда он поёёёёёёёёёёёёт!

Увидели у Даши маску в виде кошачьей морды, завопили, что им срочно нужна такая же. Взяли маску, перерисовали как шаблон, вырезали. Кристина свою раскрасила, села на окно и с нажимом говорит:
- Я буду сидеть и смотреть, как она сохнет. Чтоб быстрее высохла.
Минут на пять ее хватило, бггг.

Из жизни птиц

Нарисовали глаза хищника по совету из ГОО и повесили на окно. Вчера никто не бился.
Сегодня трясогузка взяла для храбрости подружку и теперь они ломятся вдвоем, прямо в картинки с глазами совы с хриплыми воплями, страшно похожими на:
- А ну-ка выходи, мы тебе вломим!!!

Мимоходом

Когда я увидела певицу LP, я долго не могла понять, почему она мне кажется такой до боли знакомой, словно я знаю ее с детства.
И вчера дошло.
Рони, дочь разбойника.

13 причин почему

Буквально неделю назад прочитала книгу, от которой осталась в восторге (хотя как-то странно писать такое про книгу о самоубийстве) и взялась за сериал, на 5й серии сейчас.
И что хочу сказать.
Книга лучше.
Сериал мне не слишком нравится. Там хороший кастинг, чудесный саундтрек, визуал симпатичный, но.
Но мне крайне не по душе то, как смещены акценты.
[Спойлеры]В книге Клэй страшно переживает свое бездействие. Слушая голос Ханны он то и дело с раскаянием говорит себе: вот тут я промолчал. Тут не подошел. Тут не осмелился. Да, его возмущают те поступки других людей, о которых рассказывает Ханна, но для Клэя главным остается его бездействие.

В сериале же Клэй, слушая кассеты не думает о своих поступках, сосредотачиваясь на том, что сделали или не сделали другие. И выстраивает свою, простите, месть. А люди из списка Ханны разговаривают между собой о том, как бы его остановить - в книге же те, кто уже слушал кассеты, отчаянно делали вид, что ничего не произошло и не происходит.

И это, на мой взгляд, убирает бОльшую часть пронзительности этой истории. Может быть, к финалу сериала как-то выровняют, но пока то, что я вижу, достаточно сильно далеко от книги. И мне это не нравится.

=(

Блин, это какой-то кошмар.
Уже несколько дней просыпаюсь от глухого стука в стекло.
В огромное (метра два с чем-то) окно возле лестничного пролета бьется птица,трясогузка, что ль. С тупым упорством садится на крышу навеса, взлетает, врезается, садится, взлетает, врезается, садится. Штор у нас там нет. Пыталась закрыть окно подручными материалами - типа листа гипсокартона - так она продолжает биться. Кошки сходят с ума - и я тоже уже.
Саня с Аленой тоже жаловались, но у них то окно возле лестницы, без штор, с другой стороны, там нет навеса и птице рядом не присесть.

И опять

неписец, бггг.
Ни про книжки, ни про фильмы, ни про детей, ни про себя.
С завтрашнего дня надо уже взять себя в руки.

Здравствуй, милый золушок! Как твой заворот кишок?

Заехали к маме. Я обычно в коридоре разуваюсь, а тут что-то щелкнуло, оставила ботинки на улице.
Через 15 минут, когда выглянула, один ботинок сперли. Скорее всего, соседская собака. Он, видать, кожей им вкусно пах.
ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ=(((

Книжно-буквенный флэшмоб

Вы отмечаетесь, я даю букву.
На эту букву нужно вспомнить 5 прочитанных книг и чем они запомнились.

Прекрасная innfinipa дала мне букву Я.
Поехали.

1. Геннадий Михасенко "Я дружу с Бабой-Ягой".

Я нежно люблю повести про советских школьников. А повести Михасенко люблю в 10 раз больше - потому что он писал про мой родной город. Повесть эта не слишком известна - а она хороша. Про летний лагерь на берегу Братского моря, про военную игру, про мальчишескую дружбу. Незамысловатый сюжет - но вся прелесть не в нем, как вы сами понимаете.

— Ну-с, а теперь приступим к основному делу сегодняшнего дня — к формированию экипажей, — сказал Давлет. — Есть одна идея, и если она пройдет, будет просто чудесно!.. Внимание! Кто родился на дне Братского моря, три шага вперед — марш! — Никто не вышел. — Что, никто на дне не родился?.. Не думайте, что я сошел с ума и путаю вас с лягушками. Нет, я хочу знать, кто родился в старом Братске, или в Зеленом Городке, или еще где-то, что потом затопило. Сообразили? Итак, кто со дна морского, с вещами три шага вперед — марш! — Выступило человек тридцать, а из нашего строя — Ухарь, которого Давлет жестом вернул на место и заодно погрозил нам. — Так, складно пока. Это будет экипаж «Подводник».
Кто-то из подводников спросил:
— А можно к нам Ваську?
— Какого Ваську?
— Меня, меня! — заполошно-радостно заорал мальчишка, вырываясь из строя и кубарем летя через свой рюкзак.
— Мы дружим, — пояснил первый.
— И меня можно к подводникам, к Андрею! Мы тоже дружим! — подхватил третий голос.
— И меня!..
— Стоп! — прервал Давлет. — Вопрос ясен. Отвечаю: мы собрались сюда не только для того, чтобы заводить новую дружбу, но чтобы и старую укреплять, поэтому все можно будет сделать: и Ваську к Петьке, и Вовку к Юрке, и Бабу-Ягу к Кощею Бессмертному — но позже, в рабочем порядке. Ясно?
— Я-ясно, — протянули недовольно.
— Итак, экипаж «Подводник». Гордое имя! Мичман Фабианский, прими командование!
— Есть!
Мичман Фабианский, самый рослый и серьезный, тяжело потопал к своим. Гравий под ним не похрустывал, а скрежетал. Такому не по рыхлому гравию шествовать, а по бетонным плитам, и то, наверно, будут лететь осколки. Уверенно сомкнув строй, мичман стал во главе и отвел его в сторону.
— Кто родился в Братске же, но на суше, три шага вперед с вещами — марш!


2. Екатерина Михайлова "Я у себя одна или веретено Василисы".
Я прочла ее сразу после рождения Ксюшки и это одна из тех книг, что полностью перевернула мое сознание. Не сразу, исподволь,но с ее помощью я начала очень важную и нужную работу по разрыванию залежей хлама и мусора в моей голове. Одна из самых важных книг, что я читала, и которую я часто перечитываю.
У нас, кроме всего прочего, для попадания в ловушку стремления "отдать все" есть причины исторические: в трудные времена — то есть последние лет сто — отдавать ближним последний кусок считается правильным и по­четным, собственные страдания вознаграждаются чувством выполненного долга, уважением окружающих. А сценарий, где героиня "во всем себе от­казывала, только чтобы....", становится нормой. Вспомните бесчисленные истории о том, как бабушка три раза перешивала мамину школьную фор­му — непременно ночью, днем она, как и все, работала. Как были выменя­ны на хлеб ложки из приданого. Как добывались все нехитрые жизненные блага. Как "одна поднимала детей" — муж то ли сидел, то ли воевал, то ли пил без просыпу. Я встречала на группах женщин еще вполне цветущего возраста, не заставших войну и карточки, но знакомых с настоящим чув­ством голода. Диеты и Брэгг тут ни при чем: трудный период жизни, поте­ря работы, ребенок, нищенское пособие, на которое ничего нельзя купить. "Чай пей без меня, я уже поела". Почему кажется, что мы все когда-то это слышали?
И все-таки, при всей мощи оказываемого на нас влияния самых разных факторов, выбор за нами. И всегда остаются несколько простых и здравых мыслей — тоже, кстати, не вчера родившихся, — которые стоит иногда вспоминать. Нашим любимым людям лучше, когда мы здоровы и счастли­вы, когда нам радостно и интересно жить. Если это не так, то возникает вопрос: зачем мы окружили себя людьми, не желающими нам добра? Решая и делая все за своих близких, мы разрушаем не только себя, но и их уве­ренность в себе — а возможно, и развращаем, питаем их темные стороны. Если так сильно хочется "полностью посвятить себя" кому-то, стоит спро­сить себя: это действительно нужно тому человеку? (В том, разумеется, случае, когда ему больше трех — если меньше, ответ будет другой.) Но если это не младенец, то не тяжкий ли груз мы тем самым на него взвали­ваем, не собираемся ли, втайне даже от себя самих, потом предъявить счет? Не убегаем ли в это "служение" от каких-то своих проблем? И все-таки дар это или жертва? Дарить, как все мы знаем, радостно, и дарящий стано­вится богаче, а не беднее. Так вот, делая именно такой выбор, становимся ли мы лучше, мудрее, больше в ладу с самой собой? Примеры бесхитрост­ного, радостного, "белого" самоотречения есть — как, бесспорно, есть свя­тые, безусловная любовь и мгновения подлинного счастья. Но святых не бывает много — столько, сколько вокруг женщин, "отдавших все" и "поло­живших жизнь". И то, что начинается как искреннее стремление без остат­ка раствориться в жизни другого человека, только отдавать и ничего не по­лучать взамен, ведет нас прямиком туда, куда обычно и заводят дороги, вы­мощенные благими намерениями.


3. Валентин Катаев "Я, сын трудового народа".
Люблю Катаева. Тетралогию "Волны черного моря" больше всего, но и "сын трудового народа" мне кажется очень трогательным описанием быта этого самого трудового народа. И очень горьким.
А на другой день перед вечером в хату к Коткам пришли на розгляды всем семейством Ткаченки.

Хозяйство жениха было представлено в наилучшем виде. Новая крыша, толстая и аккуратная, связанная из отборного очерета, свежо золотилась на солнце. Хата была начисто выбелена, и земля вокруг нее хранила еще яркие подтеки известки. На дворе не виднелось ни одного птичьего пера, – так чисто он был выметен новым просяным веником. Стол, покрытый гвардейской палаткой, лучшей из всех палаток, принесенных Семеном с войны, мог удовлетворить самую богатую и требовательную родню.

На том столе по порядку были расставлены немецкие, австрийские и румынские алюминиевые фляжки, – обшитые серым сукном или вовсе не обшитые, – вычищенные песком, точно серебряные. За фляжками шли разных фасонов манерки со складными ручками и без ручек – тоже алюминиевые. Два медных стакана, сделанные из трехдюймовых русских гильз. И, наконец, баварские офицерские судки, состоящие из четырех жестяных тарелок, складного ножа, ложки и вилки и складного же стаканчика в кожаном футляре.

Главную же красоту и гордость стола составляла дюжина алюминиевых ложек, собственноручно отлитых Семеном из неприятельских дистанционных трубок и отделанных с терпением и вкусом. Это не были копии круглых деревянных ложек. Это были настоящие продолговатые городские ложки, отлитые по форме офицерской столовой ложки, найденной Семеном все в тех же знаменитых брошенных окопах второго гвардейского корпуса под Сморгонью.
Но только та офицерская ложка была куда беднее. Она была гладкая. Ложки же Семена были богато украшены веточками и каемками, выцарапанными шилом. И на одной из них, особенно чисто сделанной, виднелась надпись: «Софiя».
Кругом по всей хате – и в жилой ее половине и в парадной – лежали разложенные напоказ: шанцевый инструмент, почти новая попона, летние и зимние гимнастерки, немецкие дождевики и пыльники, палатки, английские башмаки, шаровары, бинокль Цейса, кожа на подметки, бязевые рубахи, ватные кацавейки, пачки румынского тютюна, кожаная австрийская амуниция и многое другое, поместившееся в ранец и вещевой мешок, – словом, самые разнообразные трофеи, подхваченные хозяйственным Семеном на полях сражений.


4. Юрий Герман "Я отвечаю за всё".
Последняя часть прекрасной трилогии о докторе В.Устименко. Люблю очень.

5. Ирина Хакамада "Я работаю политиком".
По большому счету это не книга как таковая. Это автобиография Ирины Хакамады была написана ею как один из материалов предвыборной агитации. А я люблю автобиографии и эта оказалась по-настоящему интересной - она, на мой взгляд, написана куда лучше и интереснее, чем другие ее книги.

О каком фильме идет речь?

"Материалы картины оцениваются как сильно оскорбительные по отношению к христианским и традиционным нормам морали и нравственности… Тема трансвестизма ведёт к осложнениям и, как нам представляется, в фильме есть явные намеки на гомосексуальность и лесбиянство. Диалоги не только двусмысленные, а откровенно вульгарные. Нарушения, связанные с переодеванием [в одежду другого гендера], очевидны."
Чур, не гуглить.

Про книжки

В.Некрасов "В окопах Сталинграда"
Периодически берусь за советскую классическую и военную прозу. Читать про войну всегда страшно. А такие книги, как "В окопах Сталинграда", пугают в 10 раз больше. Потому что война, про которую пишет Некрасов, для героев книги - обыденность. Нудная до тошноты, отвратительная, но обыденность. В удержании высоты нет никакого пафосного героизма - только бесконечная усталость людей, которые гадают, продержатся они или нет до прорыва или умрут от жажды. Читаешь - и чувствуешь эту бесконечную усталость людей, которым всего-то по 25 лет.

Барбара Демик "Повседневная жизнь в Северной Корее"
Про войну читать страшно, но ты, по крайней мере, знаешь, что она закончится.
В Северной Корее - нескончаемый ад, который многие жители искренне считают раем. Ад, из которого пытаются бежать - и очнеь многие безуспешно. Ад, конца которому не предвидится. Пересказывать смысла нет, это нужно читать.
"Самостоятельное изготовление лекарств — неотъемлемая часть работы любого врача в Северной Корее. Те, кто проживает в более теплых областях, также выращивают хлопок для бинтов. Все медики должны сами собирать травы. С этой целью доктор Ким и ее коллеги дважды в год (весной и осенью) на целый месяц отправлялись в горы: спали под открытым небом и мылись лишь раз в несколько дней. Каждый должен был выполнить определенную норму. Все, что удавалось собрать, приносили в больничную аптеку и взвешивали. Если трав оказывалось недостаточно, врачей повторно отправляли в горы. Часто приходилось забираться очень далеко, потому что в более доступных местах лекарственные растения уже были выбраны местными жителями, которые продавали их или использовали сами. Очень ценился корень дикого пиона: его применяли как миорелаксант и средство для лечения нервных расстройств. Ямс помогал при нарушениях менструального цикла, одуванчик — при расстройствах пищеварения, а имбирь считался лекарством от тошноты. Если невозможно было достать антибиотики, выручал атрактилодес — растение, которое китайские целители применяют для укрепления иммунитета.
На протяжении многих лет в Северной Корее народные средства используются совместно с достижениями западной медицины. Для обезболивания пациентам ставят банки, с помощью которых стимулируется кровообращение в определенных участках тела. Еще одна методика, позаимствованная у китайцев, — прижигание полынью. Из-за дефицита средств анестезии при небольших хирургических операциях, таких как удаление аппендицита, применяют иглоукалывание.
«Если это действует, то действует очень хорошо», — рассказывала мне доктор Ким. А если нет? Пациентов привязывали к операционному столу, чтобы они не двигались. Северные корейцы в большинстве своем стоически переносят боль во время медицинских процедур. «Это вам не южане, которые плачут и кричат из-за любой ерунды», — говорила Чи Ын."


Барбара Шер "Лучше поздно, чем никогда. Как начать новую жизнь в любом возрасте"
Уже писала про эту книгу и повторюсь: с однйо стороны, это очень интересно. Многе в книге очень близко — мысли автора про разницу между настоящей любовью и страстью, про бег в колесе из-за царящего сейчас культа молодости, и т.д.
С другой стороны, многое там, скажем так, заточено под человека иного образа жизни, иного дохода. У Шер даже не оспаривается, что у условного пенсионера имеется прекрасный стабильный доход - чтобы хотя бы средний уровень жизни обеспечить. А, мол, когда уберешь из жизни бессмысленные траты, то будет еще лучше. Учитывая, что у нас всё, мягко говоря, очень сильно не так, постоянные рассуждения про то, что только во время пенсии у человека может быть такая свобода и такая беззаботность.

Виктория Райдос "Культ предков. Сила нашей крови".
В очередной раз признаюсь - "Битва экстрасенсов" - это мое guilty pleasure. Могу смотреть с любого эпизода, есть свои любимцы, могу пересматривать какие-то части... Ну вот и мимо книги победительницы одного из сезонов не могла пройти мимо. Никаких ритуалов и прочего — практически этнографический сборник о том, как в разных культрах - прежде всего, в нашей - относились к тому, что называется "род": к умершим, к новым членам семьи, к новорожденным... Мне было интересно.

Лиана Мориарти "Большая маленькая ложь"
Из прочитанных мной книг Мориарти это - лучшая. Нет, есть же "Тайна моего мужа"... Не могу выбрать, но "БМЛ" - прекрасная история. И о школьных разборках "супер-мам", и о травле, и об ее истоках, и о домашнем насилии. И о том, что это может случиться с каждым. Сериал эту историю значительно упростил, к сожалению. Мориарти - прекрасна.

Константин Соловьев "Геносказка"
Оооо, это шедевр. Честно.Я была - и остаюсь - в диком восторге. Я очень люблю, когда обыгрывают и выворачивают наизнанку сюжеты старых сказок и любимых детских книг - и даже и не подозревала, что можно сделать это настолько круто.
Правда, теперь я не смогу смотреть мультфильм про Карлсона, это точно.

Елена Трегубова "Байки кремлевского диггера"
Как смелая журналистка пошла на ужин с суши с Путиным и как ее потом за это преследовали. В ролях: Вова Путин, Сережка Ястребжемский, Борька Немцов, и многие другие сашки и алешки.

Константин Соловьев "Слуга смерти"
После "Геносказки" схватилась за другие книги Соловьева. "Слуга смерти" - первая из трилогии "Господа магильеры". Увлекательный детектив про некромантов. Очень понравилось.

Маша Гессен "Совершенная строгость. Григорий Перельман: гений и загадка тысячелетия"
Сумбурный сбивчивый рассказ про юность Г.Перельмана с обязательными ремарками через каждые 2 страницы про то, что и Маша Гессен, автор, через похожие обстоятельства проходила. Что, несомненно, приближает ее к Перельману, а как же. В общем, хочшеь прочитать биографию Перельмана - а в итоге с изумлением читаешь биографию Маши Гессен.